***

Брюшными объятиями, колокольными

языками бьёмся 

в отпуске бестолковом; 

ждём, когда наши даты снова влажной

бумагой станут, 

делая вид, что нет печатей,

подписанных в военкомате, 

и нас тоже нет.

Из поэмы «Исповедь», 2026 г. 

***

Погасли огни развороченных хат,

что поле за ними – Ходынка? – 

как будто Азовского моря накат, 

всплывёт, где с запиской бутылка 

пройдохи слепого. Запястья дорог 

упрутся к сельхозмагазинам, 

вода пыльевая, уходит моток, 

намотки к беззвучным разрывам, 

запаянных небом, где будем и мы, 

когда нас отправят – не знаю.

Холодная поступь стеклянной зимы –

как девка, что ходит босая.

2023 г. 

***

Я снег ладонью собирал,

словно подвалов немоту,

словно рождественской ночи 

хмельные ступни,

и звёзд пневматофорных 

ледяное дышло, 

в буржуйке мокнет прелый уголь,

в молчании и шёпоте —

не слышно;

тебе дарю, как волость языка,

судьбу и холод точек, 

где шьёшь кадык за пару слов, 

за отблеск партака

из чёрных сот шрамов

в небесном киселе ты голову полощешь.

Остались лишь пунцовые холмы

и смятые, как хлебный ком, сараи,

ты будешь сниться мне, 

а сны тесны

двоим, и про тебя они не знают,

густые от солдатской бахромы 

и криков о спасении и рае. 

15 сентября 2025 г.

***

Бойницы небесные, дзоты отрытые,

лишь сердце чугунное

под бронеплитами.

Из «шахты» рука заберёт магазин,

огонь автомата сквозь дебри осин,

дрожат «Солнцепёки», межуя посадку,

и гильзы танцуют у брёвен вприсядку,

рыхлят миномёты, как плуг, огород,

за группой отряд, за отрядом мой взвод.

Заняв в аккурат две пустые траншеи,

С Христом спрячем тело

на розовой шее

под черную плёнку; омоет его

дождём осень белая, как своего.

2023 г.

***

Разрываясь на мирную жизнь, 

собираю себя по дворам, 

обнесённых окраин родимых, 

где на шее карманный Коран – 

переплёт вместе с галстуком 

                                          школьным – 

зимним утром подвязаны курткой, 

что донашиваешь после брата.

Будто море, кондуктора взгляд, 

что у входа пустого остынет, 

за стихом возвращаюсь назад, 

позабыв своё кровное имя,

откликаясь лишь на позывной, 

прикреплённого ниткой шеврона.

Я вхожу в этот мир гостевой, 

жду отправки в строю эшелона.

И повзводно, поротно, полками 

сыплем кровь, пожинаем улыбку 

мира, вырванного на той грани, 

где коры разрывается плитка,

будто кафельная в туалете 

располаги; сойду на присыпку 

ранней осени, хрумкая лёд, 

и, рюкзак поправляя, сквозь рынок 

побреду к остановке «Полёт» – 

не солдат, не ребёнок, не инок.

8 ноября 2023 г.

***

...у глины всегда останется след твоих

ладоней,

даже если гончарный круг совершит

тысячу оборотов:

одно говорю — мы в гря́зи войны не

потонем;

как кровь твоего отца, как кровь бабая,

вскипит со временем в голос,

которому нет ни пощады, ни равных —

если щемит богатство, то будет донос,

если род был купеческим,

то станет булатным..

...говорю себе вновь,

только слышу жужжание мёртвое,

за разрывами плешь,

в которую ставишь глаза,

под кожей от воздуха ухают,

вспухнув, рёбра,

и нет для князей ясака.

30 апреля 2026 г.

***

Я многое сказал, но многого не понял,

черпаю дышлом соду снежного двора, 

партак перед отправкой наколола 

мне чёрная, сибирская игла

февральскими чернилами на сколах

твириновых запястий у берёз —

что я тогда не умер, не замёрз

среди ребристых долов,

где воле потыкает немота,

где закрывают веток рукава

ресницы купоросные;

осенней грязи стылая халва,

поэзия ни жива, ни мертва —

лишь нечет голоса. 

2 февраля 2026 г.